Евреям древней Персии дали возможность сделать то, чего не дали евреям Европы

Смотрю на детей, щеголяющих в маскарадных костюмах, – полет фантазии и воплощения мечт. По улицам ходят феи и черти, роботы и вазоны, толстушки в балетных пачках и Гераклы с пластиковыми мускулами. Взрослые тоже не чужды этому куражу: кассирши в супере в клоунских париках, официантки со стрекозиными крылышками, офисные стервы с розочками на щечках и бабочками на крестце… То ли еще будет к ночи – пуримские вечеринки без переодеваний, без веселых безобразий – не праздник. В дупель пьяных йешиботников можно увидеть только раз в году. Напиться в Пурим так, чтобы не отличать праведного Мордехая от злодея Амана, — эту мицву ультраортодоксы соблюдают неукоснительно.

О пьянстве и забывчивости

Зачем нам велено напиться в Пурим до бесчувствия? Почему не достаточно выпить на радостях для пущего веселья? Не потому ли, что стремимся что-то забыть из того, что только что читали в синагоге, топая ногами и треща в трещотки при каждом упоминании имени Амана? В Свитке Эстер – канонической истории Пурима  — есть много вещей, которые детям не следует знать, а у взрослых не принято сосредотачиваться.

Ну, например, что за гордость от того, что еврейка из очень приличной семьи стала царицей? Конечно, был в том Божий промысел – как иначе она бы смогла спасти свой народ от уничтожения?  Но с другой стороны – еврейскую девушку по принудительному набору погнали на ярмарку царевых невест. А если вдаваться в исторические подробности проведения кастинга (в Свитке их нет, но исследования восстановили картину), поместили в гарем наложниц. Это был дворец, управляемый евнухами, где претенденток выдерживали год, чтобы выявить, не заразны ли они, и по истечении карантина водили к царю в опочивальню на пробу. Он отбраковывал одну за другой, пока не остановился на Эстер, — большая удача, хотя и случайность.

Но еврейскую девушку подложили в постель тирану до брака, а потом выдали замуж за язычника – тоже мне счастье, стыдится впору и шиву сидеть по живой. Однако ближайший ее родственник и опекун (а по некоторым версиям, возможно, и бывший муж, что вполне вероятно – при наборе красавиц на вакансию царицы мобилизации подлежали и привлекательные молодухи), праведник Мордехай, член Синедриона, не только не обиделся — нанялся к царю мажордомом и верность проявил, выявив заговор и спася Ахашвероша от покушения.

Конечно, нельзя судить о событиях глубокой древности по современным моральным нормам. Хотя и по сегодняшним критериям драмы Свиток Эстер – произведение необычайной сюжетной насыщенности. Есть здесь все: и гигантская пьянка (пир, с которого все начиналось, длился полгода), и принуждение к стриптизу (вызов Вашди), и семейные разборки (мужнин гнев и казнь непокорной жены), и заговоры, и дворцовые интриги, и юридические перипетии, и козни, казни, и этнические войны.

Последнее – наша тема.

О муках совести

Из подробностей Пурима, часто упускаемых в еврейских рассказах о нем, и настойчиво поминаемых в антисемитской интерпретации истории этого праздника – число погибших от рук евреев врагов. Или – если использовать более точную интерпретацию интерпретаторов, – «жертв еврейской резни».

ТАНАХ – книга, лишенная политкорректности. В ней даже очевидный герой, светоч народа – царь Давид – предстает тем еще тем грешником. Чего стоит история с Бат-Шевой (Вирсавией)? Сначала наблюдает за ней исподтишка голой, влюбляется – посылает мужа на верную смерть и, освободившись от этой помехи, занимает его место на ложе. А в старости — девочки для согревания постели? Чистая педофилия. Но никаких цензурных изъятий.

А Моисей? Сколько жестоких расправ над своими соплеменниками, проявившими неподчинение и вероотступничество, он совершил по дороге в Землю Обетованную, не говоря уже о подавлении враждебных народов. И все это описано в Торе без стеснения и купюр.

И в Свитке Эстер кровавая расправа евреев над своими врагами излагается без ложной скромности. 14 адара по всей Персии было уничтожено 75 тысяч человек, а 15 адара в новой столице империи, Шушане, – 500 человек, включая 10 сыновей Амана.

Дальнейшее – вопрос трактовки. О «кровавом еврейском празднике Пурим», о еврейской кровожадности, наиболее ярко выраженной в этом празднике, говорили и писали много, в том числе на русском – и в речах обвинителей на процессах «еврейских буржуазных националистов», и в обширной советской антисионистской литературе брежневского периода, и в публикациях сегодняшних жидоморов. Не обошлось и без участия евреев. Потому что никто не в состоянии так изобличить нас, как умеем мы сами.

Большой энтузиазм в антисемитских кругах и радостную активность в среде еврейских ревизионистов национальной истории вызвала вышедшая впервые на английском в издательстве Принстонского университета в 2006 году книга профессора университета Бар-Илан Элиота Горовица «Пурим и наследие еврейского насилия».

Израильские профессора, особенно историки, чрезвычайно востребованы на рынке научной и популярной юдофобии. Ценность их гипотез и теорий не в том, что они находят какие-то сенсационные свидетельства, высказывают исключительно оригинальные мысли, а в том, что эти затрепанные и много раз опровергнутые суждения выражают именно они – евреи и израильские профессора. Раз очевидную юдофобскую чушь обнарордывает не какой-то оголтелый антисемит, а напротив – еврей, и не просто еврей – израильтянин, да еще и профессор, да еще и истории – значит, вот она, истина, которую остальные евреи тщательно скрывали, а их подручные отрицали.

Отсюда и высокая цитируемость – важнейший показатель научной ценности, — всемирное признание, европейские и американские гранты, любовь левой прессы и прогрессивной общественности. Спрос рождает предложение. Сложился целый сонм ученых, построивших на этом карьеру.  Израильские историки, ищущие самый короткий путь к мировой известности, давно нашли, что он пролегает через враждебную территорию, — надо только не стесняться.

В этом ряду наиболее яркий пример – взрывная известность, которой добился профессор Тель-Авивского университета Шломо Занд. Всю свою академическую жизнь он занимался историей французского кино, его знал узкий круг специалистов. Но получив постоянный контракт с родным университетом, гарантирующий его от увольнения до пенсии, он решил сменить профиль – написал книгу «Кто и как придумал еврейский народ». Она о том, что еврейского народа на самом деле не существует, а ашкеназы вообще не евреи (генетические исследования – гораздо более точные, чем даже теоретически могут быть исторические, давно и убедительно доказали обратное), так что их претензии на землю Израиля – совершенно беспочвенны. С этой публицистической дилетантской ахинеей профессор Занд моментально  стал мировой знаменитостью. Его бестселлер переведен почти на два десятка языков, включая русский. В русском Гугле на него 225 тысяч ссылок, из них только две – на прежние работы Занда.

Вот и профессор Эллиот Горовиц стал знаменитостью после своей книги о традиционной кровожадности евреев. Его цитируют на все лады, повторяя средневековые свидетельства, добытые под пытками или взятые просто из обывательских мифов, о намеренном осквернении евреями христианских святынь, их расправами над христианами. А вдохновляли их на эти подвиги события, описанные в их священной книге, – Свитке Эстер.

Это лишь фанатичная еврейская трактовка, что в Пурим евреи расправились со своими врагами. Была этническая чистка, резня. Не себя спасали – мстили. Ну ладно – повесили Амана. А зачем было вздергивать на дерево десять его малолетних детей? И гордятся этой расправой вот уже третье тысячелетие. Празднуют!

О милосердии

А что – разве не было? Надо верить – было. А вот что было – следует понять.

Сначала была первая в истории письменно зафиксированная попытка «окончательного решения еврейского вопроса», как много позже с присущей им политкорректностью сформулируют ту же идею немецкие последователи Амана.

А тот, еще персидский Аман, бросал жребий – «пур» — в первый день Песаха. Чтобы не было недопонимания: он бросал жребий не по поводу того, уничтожать евреев или не уничтожать, а по поводу того – когда это сделать. Вот на что пал «пур»: день «Ч» должен был произойти 14 адара. То есть у него был год с небольшим на подготовку этой акции.

Даже нацистам промышленно развитой Германии понадобились годы для осуществления их «окончательного решения». Теперь представьте себе, какие титанические усилия следовало предпринять, чтобы организовать не менее грандиозное истребление в Персидской империи, занимающей почти весь цивилизованный мир тогда, — 127 стран. Без почты, телеграфа, концлагерей, газовых камер, статистики, перфокарт IBM, которые были у нацистов.

Надо было разослать гонцов, создать во всех провинциях инфраструктуру тайной полиции, выявить адреса, набрать людей, вооружить их, проинструктировать, проверять время от времени, как идет подготовка.

На кого Аман мог положиться в этом сложном и секретном деле? Во всех совещаниях по еврейскому вопросу, описанных в Свитке Эстер, участвовала вся его семья – жена, дочь и десять сыновей. Сыновья Амана — не малолетки, детишки несмышленые не участвуют в семейном совете по политическим вопросам. В первую очередь на них Аман и мог положиться. Они и были главными организаторами его замысла, план которого разрабатывала вся эта дружная семья.

Известно (из свитка и мидрашей – других источников нет), что дочь Амана покончила собой, не пережив унижения отца перед евреем Мордехаем. А сыновья остались. Так что неизвестно, с какого перепугу профессор Горовиц сокрушается о них как о невинных младенцах, которых еврейские погромщики в запале повесили на второй день Пурима. Это были эмиссары тайной полиции Амана, амановские эйхманы. Должны висеть.

У Мордехая на подготовку сопротивления времени было гораздо меньше, чем у Амана, — примерно полгода. А территория – та же, средства связи – те же. О чем он мог предупредить евреев в 127 странах империи? Есть царский указ, вооружайтесь сами и сами убивайте своих врагов – вы их знаете.

Что они и сделали. Это была большая еврейская победа. Достигнутая еврейским умом, хитростью, мужеством   и силой еврейского оружия. Пытались выпросить прощения жалостью к себе – не помогало. Когда Мордехай оделся в рубище и посыпал голову пеплом, когда Эстер изнуряла себя и своих служанок постом – не спасло. Бог был тот же, царь был тот же, империя той же. Они спаслись, когда создали ополчение и взяли в руки оружие – сами.

О смысле

Евреям древней Персии дали возможность сделать то, чего не дали сделать евреям Европы. Ни при нацистах, ни в Средневековье. Не дать себя зарезать, убить тех, кто собирался их убивать.

Конечно, можно, как делают сегодня гуманные антисемиты и склонные к ревизии евреи, судить с позиций сегодняшнего дня методы защиты своих семей в еврейском сопротивлении 2500 лет назад в древней Персии, где непослушным женам отрезали носы и груди. Но вряд ли это будет продуктивно и даже честно.

Во все времена мы спасали себя только так. Когда удавалось себя спасти. В этом смысл существования еврейского государства. И придется – оно спасет себя от угрозы, идущей из сегодняшней Персии. Нет другого способа уцелеть, кроме как победить врагов, желающих нашей смерти.

Это должно быть основой еврейского самосознания. Это мы празднуем в Пурим. И наконец можем в этом признаться – и самим себе, и тем, кто попрекает нас излишней воинственностью и избыточной жестокостью. Как за сегодняшние наши дела и намерения, так и за события 2500-летней давности.

Скорбеть в Пурим об уничтоженных врагах как о безвинных жертвах не более уместно, чем в День Победы сокрушаться о погибших нацистах и подсчитывать число изнасилованных немецких женщин в Восточной Пруссии, Померании и поверженном Берлине – миллион или два, хотя все мы знаем, что это было, гораздо лучше, чем знаем, что было на самом деле в Персии 2500 лет назад. К нынешним врагам это относится тоже.

Победы не стесняются, ее добиваются. И в Пурим мы напиваемся не для того, чтобы заглушить совесть по убиенным  тогда, а чтобы порадоваться, что их одолели. Лехаим!

Фото Бориса Криштула